В день 130-летия Николая Гумилёва в Крыму на традиционном фестивале «Коктебельская весна» состоялось вручение наград лауреатам Всероссийской литературной премии, носящей имя этого поэта. В числе трёх россиян, получивших почётный позолоченный крест с портретом одного из самых ярких и трагически ушедших мастеров слова Серебряного века, стал поэт Владимир Фёдоров.
Эта награда для Фёдорова, как он сам признаётся, особенная: расстрелянный чекистами Гумилёв до последней минуты оставался эталоном чести и порядочности даже в глазах большевистских палачей, а его стихи, проза и драматические произведения, запрещённые в СССР, с годами притягивают к себе всё больше и больше искренних ценителей.
Признаться, премия имени Гумилёва долго ждала своего героя: гумилёвские традиции в творчестве Фёдорова давно уже были подмечены зоркой критикой. Причём, впервые это случилось в Америке, куда в начале девяностых годов попутным ветром занесло сборник стихов «Красный ангел». А там – в знаменитый Клуб русских писателей Нью-Йорка, в руки его патриарха Вячеслава Клавдиевича Завалишина, большого знатока и почитателя Гумилёва, издавшего собрание его сочинений ещё в 1947 году, когда Гумилёв был под запретом.
Вскоре целая полоса в газете «Русская жизнь» была отведена под большую статью Завалишина, заголовок которой возвещал: «Преемник Гумилёва и его стихи». Примечательно, что далее по тексту автор называл неизвестного ему далёкого поэта «гумилёвцем, наверняка тайно хранившим и читавшим в годы запрета его томик». А никакого «запретного томика» у Фёдорова, жившего в далёкой Якутии, конечно же, не было, и быть не могло. Он писал параллельно своему великому предшественнику, даже не догадываясь о том, что так схожи и взгляды их на жизнь, и обострённое восприятие этой жизни. И что восхищение русским подвигом, любовь к театру, страсть к путешествиям, в том числе и африканским, – всё это присуще им обоим. И даже сама обложка сборника «Красный ангел» по каким-то мистическим причинам оказалась прямым отсылом к Гумилёву. На ней художник Борис Васильев изобразил Владимира Фёдорова в форме русского офицера царской армии, на мундире которого… два георгиевских креста. Николай Гумилёв заслужил именно две таких награды. Как писал он сам: «Святой Георгий тронул дважды пулями не тронутую грудь…» Но почему тогда, в начале 90-х, не зная об этом, якутский художник увидел Фёдорова именно таким? Бориса Васильева об этом уже не спросить – закончив работу над обложкой, уже очень больной, он не дождался выхода книги…
Позже, незадолго до своей кончины практически о тех же параллелях говорил и замечательный российский писатель Георгий Свиридов, автор известных романов «Ринг за колючей проволокой», «Охотники за алмазами», «Тайна Чёрной горы» и целого ряда других замечательных произведений. Он же напророчил, что русский поэт из Якутии обязательно станет обладателем премии имени Гумилёва. Во всяком случае, искренне этого желал.
Пристально к творчеству Владимира Фёдорова на предмет гумилёвских традиций присмотрелась московский литературный критик Нина Попова. Она признаётся, что сначала почувствовала, а в процессе работы стала находить раз за разом подтверждения этому «солнечнородному соединению их судеб». «Словно судьба Гумилёва пунктиром отметила заданный, но загубленный и прерванный свой путь в «карте памяти» жизни Владимира Фёдорова», – проводит аналогию Нина, а в подтверждение своих слов приводит высказывания Юрия Кузнецова, который, подводя итоги совещания молодых писателей Якутии в далёком 1979 году, говорил о Фёдорове как о неком предзнаменовании в молодой русской поэзии России.
Нина Попова видит творческие параллели с Николаем Гумилёвым и в сверхчувствительной интуиции, и в исторической памяти Владимира Фёдорова, в его «напевных, поющихся стихах», на которые пишутся красивые песни, в восхищении ратным ремеслом и воинским подвигом, а также в его многоплановости и разножанровости, поскольку он, как и его великий предшественник – одинаково талантлив как поэт, прозаик и драматург.
Анализируя явную схожесть интересов Николая Гумилёва и Владимира Фёдорова, Нина Попова находит, что обоих одинаково влечёт к себе театр, для которого они с вдохновением пишут пьесы, обращенные в историю. Критик говорит об их притяжении к языческим религиям (книги Фёдорова о шаманизме и этнографические исследования Гумилёва), о жажде приключений и дальних странствий. И если Гумилёв открыл ценителям русской поэзии неизведанный до него мир Африки, то Фёдоров первым из нынешних российских поэтов его уровня трижды побывал в Африке, во всех её частях – Северной, Центральной и Южной, запечатлев их не только в большом цикле стихов, но и в замечательных фотографиях, выставки которых в прошлом году прошли в нескольких залах Москвы.
«Николаю Гумилёву и Владимиру Фёдорову свойственны черты перфекционизма, – пишет Попова. – Это перфекционизм, обращённый прежде всего к себе в настойчивом устремлении к идеалу, к высочайшим художественным критериям». Оба поэта, на её взгляд, правдивы и искренни, они сердечно открывают в своей поэзии всё самое сокровенное, самое глубинное. И такое отношение к своим читателям, такой подход к своему творчеству их ещё больше объединяет. Они оба считают себя поэтами не только по призванию, но и по званию, по высшему повелению».
Примечательно и то, что 2016 год – юбилейный для них обоих: 31 марта Владимир Фёдоров отметил 65-летие – ровно половину гумилёвской даты. В силу своей скромности поэт просто промолчал об этом, и его поздравили лишь близкие друзья, а в Якутии издательство «Бичик» (спасибо ему большое от читателей!), выпустило новый сборник стихов поэта «Восьмигранная Ойкумена». Так что присуждение Всероссийской премии стало для Фёдорова неожиданным, но одним из лучших подарков, а фестиваль «Коктебельская весна» в Крыму, посвящённый Николаю Гумилёву, – прекрасной возможностью поклониться личности и творчеству великого поэта, путешественника, воина и собрата по перу.
В Москве Владимира Фёдорова ждал ещё один сюрприз: новая книга стихов «Небесные тетради», вышедшая в издательстве «У Никитских ворот», которая тут же стала «жить своей жизнью» и находить себе новых друзей. Собственно, как и «Восьмигранная Ойкумена» в Якутии. В скором времени мы также увидим, какой подарок для Фёдорова подготовило Московское книжное издательство «Вече».