Симфонический оркестр Symphonica ARTica представил новую программу «Медный бум» в исполнении одного из лучших трубачей России Владислава Лаврика. Выдающийся исполнитель и дирижер представил якутскому зрителю программу, куда вошли его любимые композиции.
– Владислав, почему именно Гершвин и Жан-Батист Арбан стали главными композициями вашего репертуара?
– «Рапсодия в стиле блюз» Гершвина в переложении Тимофея Докшицера – это яркое сочинение, которое всегда нравится зрителю. Для трубы написано не так много композиций, как для скрипки или рояля, а в переложении Докшицера этот инструмент звучит по-особенному красиво и эмоционально. Второе произведение, которое плотно вошло в мой репертуар, – это вариация из «Венецианского карнавала» Жана-Батиста Арбана для трубы с оркестром. Думаю, эту красивую мелодию должен сыграть каждый трубач.
– Почему вы остановили свой выбор именно на трубе? За какие особенности выбрали этот инструмент?
– Все очень просто. Музыка окружала меня с детства. Я из семьи музыкантов: папа – трубач, а мама – пианистка. Уже в три года я выступал на сцене вместе с ансамблем отца и пел песню «Бескозырка белая, в полоску воротник…». Родители увидели во мне проявление музыкального таланта и отдали на обучение в музыкальную школу на класс «фортепиано». Однажды они предложили сыграть на трубе, и уже с первых занятий я понял, насколько мне нравится этот инструмент. Конечно, я не хотел бросать игру на рояле, но все-таки решил сконцентрироваться на трубе, и сейчас ни о чем не жалею.
– Скажите, чем отличается этот инструмент в джазе и в классике?
– Есть знаменитая шутка: «В классике мы хлопаем на сильную долю, а в джазе на слабую». Конечно, у этого инструмента в классике и в джазе разный язык выражения. Но я считаю, что музыкант не должен ограничивать себя строгими рамками. Надо играть то, что нравится, и то, что действительно вдохновляет.
– А как вы пришли к дирижированию?
– Знаете, я очень много работал в симфоническом оркестре в качестве трубача-солиста и видел разных дирижеров. Одни вдохновляли, другие вызывали негативные эмоции, поскольку они не могли найти общий язык с оркестром. Но сделать шаг и попробовать себя за пультом дирижера я решился только к 29 годам. Мне было, что рассказать зрителю, и я очень хотел поделиться своим творческим миром. Это прекрасно, когда ты можешь не только чувствовать музыку, но и воздействовать на музыкантов и слушателей. Пойти в дирижирование стало для меня серьезным решением. Я поступил в академию, прошел обучение, и вырос как музыкант. Сейчас я могу делиться с публикой своими идеями и эмоциями.
– Дирижер не только руководит, но и создает образ произведения?
– Да, это не только взмах руки, но и общение с чем-то высоким, нереальным. Дирижер как проводник. Он создает эмоции и передает их оркестру. Чем сильнее ты воздействуешь на музыкантов, тем больше чувствует слушатель. Можно сказать, что с помощью музыки мы достигаем катарсиса. Именно ради этого высокого чувства и нужно творить.
– Вы уже провели несколько мастер-классов для наших музыкантов. Вам понравилось работать с оркестром Филармонии Якутии?
– В филармонии играют умелые музыканты. Самое главное, что они хотят учиться. Мне очень понравилось работать с вашими ребятами. Здесь замечательная творческая атмосфера. Конечно, хочется, чтобы было больше исполнителей на медных духовых инструментах. Я очень хотел представить в вашем замечательном крае свою программу, и я рад, что мне это удалось. Надеюсь, что я вернусь снова.
– Какой совет вы дадите начинающему музыканту?
– Следите, чтобы творчество не переходило в ремесло. У вас всегда должно быть вдохновение и желание играть.
