«Жизнь в районах»: Преступления против жизни и здоровья детей. Круглый стол «Сахамедиа»

6391

О том, как в Якутии борются с преступлениями против жизни и здоровья детей, говорили на круглом столе, организованном проектом «Жизнь в районах» в республиканском медиа-центре в рамках рубрики «Общая забота».


По итогам 2016 года количество преступлений, совершенных в отношении несовершеннолетних в республике, снизилось почти на 39%. Несмотря на это, якутяне регулярно узнают о жестоких деяниях в отношении подростков. Беззащитные дети подвергаются насилию, а порой на скамье подсудимых оказываются близкие им люди.

Почему происходят преступления против несовершеннолетних? Как задействовать механизмы их своевременного выявления и оградить детей от насилия? На эти и другие вопросы ответили эксперты:

  • руководитель организационно-контрольного отдела СУ СК РФ по Якутии Семен Гаврильев;
  • старший помощник руководителя по взаимодействию со СМИ СУ СК РФ по Якутии Надежда Дворецкая;
  • заместитель начальника уголовно-судебного отдела прокуратуры РС(Я) Денис Крымчанский;
  • судья, член Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РС(Я) Валерий Окороков;
  • старший преподаватель кафедры уголовного права и процесса СВФУ им. М.К. Аммосова Мария Ефимова;
  • социальный педагог мобильной кризисной службы Центра социально-психологической поддержки семьи и молодежи Александр Петухов.

В работе круглого стола приняли участие журналист газеты «Саха сирэ» Вера Макарова и журналист газеты «Якутия» Алексей Рудых. Модератор мероприятия — Розалия Борисова.

Розалия БОРИСОВА:

— Проблема преступности против несовершеннолетних приобрела для населения Якутии особое значение. Она стала социальным бедствием, угрожающим безопасности подрастающего поколения. Преступления против жизни и здоровья детей – тема нашего сегодняшнего разговора. Семён Леонидович, остро ли эта проблема стоит в республике, сколько подобных преступлений зафиксировано с начала года? В каких районах дети наиболее часто становятся жертвами насилия? Можно ли предотвратить, предупредить преступления?

Семен ГАВРИЛЬЕВ:

— Снижение количества преступлений, совершенных в республике в отношении детей, действительно происходит третий год подряд. За первый квартал текущего года совершено 118 преступлений, за аналогичный период прошлого года — 209. При этом отмечается рост преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних. Этому способствовало увеличение числа преступлений, подпадающих под 134-ю статью Уголовного кодекса РФ — «Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста».

Если говорить о территориальности, то однозначно нельзя сказать, в каких районах совершается больше преступлений, а в каких меньше. Если населенный пункт больше – соответственно в процентном отношении там совершается больше преступных деяний. Если брать во внимание иные факторы, то мы в своей практике сталкиваемся с тем, что преступления совершают воспитанники детских домов. В Усть-Нере, Алдане, Верхневилюйске, Вилюйске, – везде, где есть детские дома, определенная доля подобных преступлений совершается воспитанниками, содержащимися там.

Профилактика такого рода преступлений является для нас первоочередной задачей. По сути, профилактика важнее, чем собственно расследование. Эту работу Следственное управление проводит во взаимодействии со всеми заинтересованными ведомствами (МВД, министерства образования, здравоохранения). Она направлена на разъяснение прав несовершеннолетних, а также норм закона. Как показывает практика, вступая в половые отношения с несовершеннолетней девушкой, некоторые мужчины даже не задумываются над тем, что совершают преступление. Считают это нормой. 

Кроме того, на профилактику влияет бдительность со стороны окружающих, позволяющая вовремя выявлять опасные ситуации, в которых оказываются дети. Например, если сосед своевременно обратил внимание на то, что происходит в неблагополучной семье (например, оставление ребенка без присмотра) и вовремя сообщил об этом в органы, это тоже мера, направленная на предотвращение преступлений.

Вера МАКАРОВА:

— Порой дети становятся жертвами опекунов и отчимов. Каким еще образом можно выявлять лиц, склонных к насилию, если нет возможности распознать, что творится за дверью той или иной квартиры?

Семен ГАВРИЛЬЕВ:

— В дошкольных учреждениях, в школе, в колледжах психологи и социальные педагоги обязаны работать с детьми из неблагополучных семей и своевременно выявлять тревожные факторы. Тем более, что учреждения образования входят в систему органов профилактики и должны проводить такую работу.

Розалия БОРИСОВА:

— Остановимся на конкретном случае. На днях на сайте Следственного управления была опубликована информация о том, что житель Сунтарского района предстанет перед судом по обвинению в совершении преступления против половой неприкосновенности пятилетней девочки. В ходе предварительного расследования мужчина отрицал вину. На чем в таких случаях основываются обвинения, ведь показания детей не всегда могут соответствовать действительности?

Надежда ДВОРЕЦКАЯ:

— В данном случае расследование уголовного дела уже завершено, обвинительное заключение вручено обвиняемому. Разумеется, в ходе предварительного расследования проводится целый комплекс мероприятий, которые направлены не только на установление всех обстоятельств совершения преступления, но и на выявление причин и условий, способствовавших его совершению. Говоря о данном случае, можно сказать, что виновный был задержан по горячим следам, с поличным. Преступление произошло в салоне автомобиля, и матери ребенка сразу бросились в глаза все признаки, позволяющие сказать, что дочь стала жертвой преступления. В ходе следствия с девочкой беседовали и психологи, и следователи, которые восстановили всю цепочку событий. При этом старались не травмировать психику ребенка. Теперь дело о покушении на совершение насильственных действий сексуального характера передано в суд, а обвиняемый находится под стражей. Это несмотря на то, что преступный умысел не был доведен до конца по независящим от мужчины обстоятельствам.

Вера МАКАРОВА:

— Постоянно освещая в газете правовую тему, подметила, что педофилы в основном получают от 12 до 15 лет лишения свободы. Имелся ли прецедент, когда была применена химическая кастрация?

Валерий ОКОРОКОВ:

— Таких случаев на моей памяти не было. Более того, подобная мера назначается по медицинским показаниям. Судья не может произвольно решить: этого кастрировать, а этого – нет. Есть соответствующее заключение экспертов, психолого-психиатрическая экспертиза. Дается заключение, что человек страдает педофилией, нуждается в принудительном лечении, кастрации и так далее. Отмечу, что настоящих больных педофилией – единицы: около 1% от общего числа всех осужденных за преступления против половой неприкосновенности детей. В основном обвиняемые, как говорится, «нормальные». Недавно в апелляционном порядке рассматривалось два дела по изнасилованию несовершеннолетних. В одном случае родной отец (27 лет, пятеро детей) совершал насильственные действия сексуального характера в отношении дочери-подростка. В другом случае субъект подпоил девушку и изнасиловал ее.

Розалия БОРИСОВА:

— Всегда ли гособвинение добивается того, чтобы преступник понес максимальное наказание?

Денис КРЫМЧАНСКИЙ:

— В любом случае позиция гособвинителя – это вынесение судом справедливого решения. В суде он высказывает предложение по виду и размеру наказания, по применению уголовного закона. При этом прокурор руководствуется Уголовным кодексом РФ и разъяснениями из Постановления Пленума Верховного суда России от 22 декабря 2015 года №58. Именно в нем пошагово указаны все действия суда, которые тот предпринимает при назначении наказания и при вынесении приговора, определении вида и размера наказания.

Прокурор учитывает всю совокупность обстоятельств, которые установлены по делу, и, исходя из санкций преступления, высказывает судье свои предложения о размере наказания.

Например, при назначении наказания за особо тяжкое преступление может быть назначено десять и более лет лишения свободы. За тяжкое – до десяти лет. За преступление средней тяжести – не более пяти лет. За преступления небольшой тяжести – не более трех лет. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, отягчающие и смягчающие обстоятельства. Вся эта совокупность и дает прокурору основания высказать свое предложение. Как правило, когда потерпевшей стороной являются дети, прокурор высказывается за максимально возможное наказание. В таких случаях у гособвинителя и суда позиция кардинально не различается.

Валерий ОКОРОКОВ:

— При назначении наказания никакого усредненного принципа не существует. Возьмем сунтарское дело (ч.4 ст132 УК РФ — до 20 лет лишения свободы). Здесь покушение на преступление. По УК РФ за неоконченное преступление назначается не более трех четвертей от максимального наказания. Иначе говоря, судья уже не сможет назначить свыше 15 лет. Есть и другие нормы УК РФ. Например, если имела место явка с повинной — не более одной второй от максимального наказания. То есть теперь судья не может назначить более 10 лет. Он при всем желании не имеет права нарушить уголовный закон. Поэтому у граждан и создается впечатление о мягкости назначенного наказания в том или ином резонансном деле.

Алексей РУДЫХ:

— Каков процент утверждаемости приговоров по делам данной категории?

Валерий ОКОРОКОВ:

— Отдельно по делам данной категории статистики не ведется. В целом по республике утверждаемость составляет порядка 75%, то есть приговоры оставлены без изменения и отмены. В делах, где потерпевшими являются несовершеннолетние, на мой взгляд, никаких пересмотров в сторону смягчения не происходит.

Розалия БОРИСОВА:

— Александр Петрович, как родителям выявить, что с ребенком происходит неладное?

Александр ПЕТУХОВ:

— Как правило, это наблюдение за поведением ребенка. За ребенком должен быть круглосуточный надзор. Родителям необходимо знать его маршрут до школы и интересоваться посещаемостью и успеваемостью у воспитателей и классных руководителей. Кроме того, это наблюдение за психоэмоциональным фоном ребенка: перепады настроения, замкнутость, необщительность. Все это необходимо анализировать. Если имеются подозрения, что в семье происходит насилие со стороны родителей либо родственников, то в первую очередь оповещаются ОВД, проводится работа с семьей, ведется реабилитация несовершеннолетнего. Мобильная кризисная служба этим и занимается – реабилитацией.

Розалия БОРИСОВА:

— К кому ребенок может обратиться за помощью?

Александр ПЕТУХОВ:

— К своим родителям, к старшим товарищам, педагогам, психологам и, конечно, к сотрудникам нашей круглосуточной диспетчерской службы по телефону доверия: 8-800-100-22-83. Мы работаем во взаимодействии со следственным комитетом и МВД, оказываем помощь при подтверждении фактов. Основной канал поступления информации – это правоохранительные органы. Принимаем сведения о жестоком обращении с детьми от населения и ведем круглосуточный мониторинг социальных сетей и мессенджеров.

Вера МАКАРОВА:

— Бывает, что сами родители не хотят огласки и пытаются всеми средствами мешать следствию и социальным службам. Как вы поступаете в этом случае?

Александр ПЕТУХОВ:

— Поскольку по большей части мы занимаемся случаями, связанными с сексуальным насилием, отмечу высокий процент преступлений, где субъект – отчим, а жертва – падчерица. Бывает так, что некоторые матери действительно покрывают своего сожителя и даже принимают его сторону.

Денис КРЫМЧАНСКИЙ:

— К сожалению, на первоначальном этапе за это нет никакой ответственности. Только после приговора. Например, если выяснится, что мать давала заведомо ложные показания в качестве свидетеля. Это на усмотрение следователя – если мать препятствует производству следствия, то необходимо принять меры по ограждению от нее ребенка. Порой ссылаются на положения ст. 51 Конституции РФ и отказываются от дачи показаний либо занимают противоположную позицию и пытаются покрыть супруга. В таких случаях только следственным путем доказывается причастность лица к совершению преступления.

Семен ГАВРИЛЬЕВ:

— Добавлю, если действия законного представителя (матери, опекуна и т.д.) противоречат интересам несовершеннолетнего потерпевшего, то следователем принимаются меры по его отстранению от участия в следственных действиях и по представлению интересов ребенка. В данном случае привлекаются другие родственники, если они есть, либо органы опеки и попечительства. Таких случаев бывает достаточно много.

Розалия БОРИСОВА:

— Александр Петрович, насколько успешны действия по реабилитации детей? 

Александр ПЕТУХОВ:

— Реабилитационная работа разрабатывается согласно индивидуальному плану, утверждается мобильной кризисной службой. Срок программы — от трех месяцев до одного года. Далее дело выносится на межведомственный консилиум, и, если есть динамика в улучшениях, дело закрывается.

Розалия БОРИСОВА:

— Благодарим гостей круглого стола за участие и надеемся, что наш сегодняшний разговор станет еще одним шагом к снижению числа преступлений против жизни и здоровья детей.