«Главное — ни на что не жаловаться и быть постоянно в движении. Чтобы ни случилось, оставаться в хорошем настроении и смотреть на мир только с позитивной стороны», — говорит фермер Ульяна Кириллина. Сейчас ей 67 лет, 25 из них она занимается животноводством.
В практике Ульяны Гаврильевны были и взлеты, и падения. Случалось так, что ее дело в буквальном смысле сгорало дотла, ее обманывали и пользовались доверием, но она твердо убеждена – любой кризис делает людей не только сильнее, но и умнее.
«Странно, но молодые очень любят жаловаться. Говорят, мол, им никто не помогает, что все очень сложно. Но это не так! Да, конечно, сложно, в любом деле есть свои подводные камни, но ведь и государство нам помогает. Хочу, чтобы мой пример стал воодушевляющим для молодежи», — отмечает неунывающая бабушка.
https://youtu.be/FgqvJVVip6c
После развала СССР Ульяна Гаврильевна решила, что нужно зарабатывать на хлеб насущный собственными силами. Тогда у поселка Табага стояли никому не нужные, заброшенные совхозы. Они и стали первой площадкой для бизнеса. Договорившись с главой села, она начала устраивать дело – завела свиней, кур, гусей. Решено было, что основным видом деятельности будет свиноводство.
В тяжелейшие для страны времена дело не только помогало не опустить руки, но и в буквальном смысле кормило семью. Постепенно стали появляться постоянные клиенты, а на общем фоне запустения семья Кириллиных могла считаться зажиточной.
В 2012 году, откуда ни возьмись, появился официальный хозяин земли. С юридической точки зрения, наша героиня занималась самозахватом. Конечно, устные договоренности с прежним главой, да и просто понимание, что наивный якутский человек мог не знать, что и как делать, для закона – пустой звук. Начались переговоры о переносе фермы.
Но самое интересное, что субботней ночью 13 октября 2012 года пожарные зафиксировали «возгорание в животноводческом помещении». Эти сухие слова не отражают того, что творилось на самом деле. В огне живьем сгорело 75 хрюшек, не считая других животных. Женщина за один час лишилась и дела, и дохода.
Интересно, что переходу земли в собственность «законного» владельца мешало именно работающее производство. Да и связать внезапное появление собственника и пожар не составляет труда. При всех имеющихся доказательствах поджога расследования не последовало.
Но Ульяна Гаврильевна не привыкла опускать руки. Спустя год на нее выходит Дьулустан Максимов – генеральный директор ООО «СахаТеплоСервис». Наученная горьким опытом, Кириллина составляет договор, в котором оговаривается, что подрядчик («СахаТеплоСервис») обязуется с января 2014 по июль 2015 года построить новую свиноферму в поселке Табага.
Получив в 2013 году 1,8 миллиона рублей через «Россельхозбанк» (все документы есть в распоряжении редакции), подрядчик пропадает. Конечно, ни о каком строительстве не может быть и речи.
«Они просто воспользовались ситуацией. Понимая, что деваться нам некуда, предложили свои услуги. Потом я слышала, что подобные операции мошенники проворачивали не один раз. Органы почему-то не могут найти этого человека. Хотя есть все документы и адреса», — отмечает Ульяна Гаврильевна.
Устав ждать «привета» от органов и появления подрядчика, наша героиня засучивает рукава. Она подает заявку на грант от министерства сельского хозяйства и получает три миллиона рублей. Добавив к сумме личные накопления, организует строительство нового производства. На этот раз землю выделяет окружная администрация Якутска.
Строится новый хотон — не привычная нам постройка всем известной формы, а вполне современное здание. Планы – грандиозные, оказывается, что свинки размножаются два раза в год, а каждая свиноматка приносит приплод в семь – восемь поросят. Такие темпы рождения ограничиваются только размерами свинофермы. Кстати сказать, сейчас в старом хотоне у фермера ютятся 50 хрюшек. Не то чтобы как сельди в бочке, но, действительно, очень тесно.
Возникает очередное препятствие. Уже после постройки комплекса, ждущего только подключения к коммуникациям, земля, куда должно переехать хозяйство, внезапно объявляется местом для проведения Ысыахов.
Администрация Табаги под руководством Елизаветы Служеникиной почему-то решила, что проездной отшиб – идеальное место для народных гуляний, и выделяет его под проведение праздников. Конечно, уже стоящая там свиноферма никак не дополняет атмосферу праздника. Странно и то, что там никто и никогда не устраивал массовых мероприятий, но это тоже никого не смущает.
Эта ситуация добавляет порцию дегтя в планы нашей героини. Но, как было сказано выше, она не опускает руки.
Кстати сказать, трудятся на ферме люди, попавшие в трудную жизненную ситуацию. Работа здесь – своего рода курс реабилитации. Они живут в отдельном доме, заботятся о животных. Даже участвуют в городских акциях – на втором этаже выращивают цветы к предстоящим играм «Дети Азии». Мечтают, как подарят их столице, и она станет еще чуточку краше.
Малые фермерские хозяйства – дело хоть и не гигантское, но нужное и востребованное. А в общей копилке экономики – стратегически важное.
Что интересно: с одной стороны, правительство оказывает реальную помощь нашим фермерам, а с другой, куда ни глянь, или мошенничество, или разгильдяйство, или откровенный саботаж.
Пример Ульяны Гаврильевны во многом показателен. Те молодые ребята, что боятся открывать свое дело, «мотают на ус» не только ее решимость продолжать работать, но и сложности, возникающие на пути.
